06.12.15

Хочу увидеть сына!

Тимоша — чудо-чудное
С нашей героиней Христиной Жандаровой мы познакомились несколько лет назад. Сначала рассказали о её творчестве, а потом об изменениях в жизни. И вот новая встреча и новая история…

Напомним предысторию. Когда она была ещё подростком, страшный недуг отнял у неё одно из самых ценных человеческих возможностей — видеть окружающий мир. Поначалу она испытывала сильную обиду и боль — душевную боль от того, что с началом болезни её окружение, её знакомые, друзья и одноклассники стали постепенно уходить из её круга общения. Но сильная по натуре девочка не замкнулась в четырёх стенах и наперекор всем обстоятельствам встала на путь преодоления. Адаптироваться в новых для неё ощущениях помогли педагоги специализированной школы для слепых и слабовидящих людей в Верхней Пышме. А ещё спасало творчество — стихи и музыка. Христину, способную от природы, красивую девушку, стали приглашать на концерты, конкурсы и фестивали. Это был безусловный успех, победа над обстоятельствами.

Но конкурсные дипломы и грамоты не могут заменить полного ощущения счастья, всего того, что девушки получают вместе с материнством. Как и все, она тоже мечтала о замужестве, крепкой семье и, конечно, о ребёнке. И, несмотря на категорические запреты врачей рожать, мечта её сбылась. Эту романтическую и почти сказочную историю мы рассказали в канун Нового, 2014 года в нашей газете в публикации «Мечты сбываются!». Тогда Христина познакомила нас с мужем Андреем Чернавиным и их совместным ребёнком — Тимофеем Андреевичем (именно так, полным именем, мне хочется назвать этого маленького человечка. Прим. авт.). Я не поверила собственным глазам: эта девочка — простите, молодая женщина — стала мамой! Иначе как чудом это явление и не назовёшь…

Испытания
Но за первыми радостями стояли большие испытания. Бытовые условия Чернавиных были далеко не сказочными. Жить с младенцем в деревянном домике, где нет воды и других удобств, было очень трудно. Во время отсутствия мужа Христина стойко справлялась и с маленьким ребёнком, и с ведением домашнего хозяйства. А вскоре и с этим жилищем пришлось расстаться — родственники, кому и принадлежал дом, продали его. Супруги сняли квартиру в микрорайоне Рабочего городка. В старой двухэтажке и, к сожалению, на втором этаже, но с более комфортными бытовыми условиями.
Между тем, когда муж отправлялся в длительную командировку на тушение крупномасштабных пожаров (он пожарный-десантник в Алапаевском отделении авиалесоохраны) или на учёбу, Христина стала нуждаться в помощи. Ходить с сыном в детскую поликлинику или просто на прогулку она уже не могла. За ребёнком нужен был особый догляд. Собаки-поводыря у неё нет, поэтому стали нанимать помощницу. А потом, когда пришла пора устраивать мальчика в детский сад, обратились к специалистам. Социальный работник, с которым семья подписала договор, скоро будет отводить Тимошу в ближайший детский садик.

Верните зрение!
Два года назад Христина с радостью говорила: «Мечты сбываются!». Но сегодня она делится с нами и с читателями «АИ» мыслями, наполненными грустью и мольбой.
— Я чувствую на себе тяжёлые взгляды людей и словно понимаю их внутреннее возмущение, зачем, мол, она рожала, ведь всё равно ничего не видит. А некоторые люди откровенно завидуют. При недавнем моём приезде в Раскатиху (в сельском клубе Христина участвовала в праздничном концерте, посвященном Дню матери) одна женщина рассудила так: «Хорошо, что ты не видишь! У вас, инвалидов, сейчас столько льгот. Сидишь целыми днями дома да ещё за это деньги получаешь».
Мне же в ответ хотелось закричать: зачем мне льготы? зачем мне пенсия? Дайте мне зрение — и я сама заработаю себе на квартиру! Да, я и не скрываю размер своей пенсионной выплаты — 16 000 рублей, но никакая сумма денег не возместит мне зрение, счастье видеть своих самых дорогих и близких людей, моего любимого мужа и моего бесценного сыночка.
— Моё самое большое желание на сегодня — это попытаться вернуть зрение, — продолжает рассуждать Христина. — Когда я несколько лет назад была в клинике профессора Мулдашева «Новый взгляд», уфимские офтальмологи обнадёжили. Они говорили, что при моём серьёзном диагнозе — атрофия зрительного нерва — у меня сохранилось остаточное зрение и его можно восстановить. Провели лечение, и благодаря дорогостоящему лекарству я начала различать отдельные цвета. Но в один момент всё исчезло… Сам профессор Мулдашев сделал вывод — пока медицина не имеет технических возможностей, чтобы вернуть тебе новый взгляд…

Надежда
Но, как говорится, надежда умирает последней. Прошли годы, и повзрослевшая Христина, теперь уже вместе с мужем Андреем, вновь стала искать способы вернуть утерянное. Свет в конце тоннеля появился в виде клиники Бурденко. Цена вопроса — 3 200 000 рублей. Плюс восстановительный как минимум двухмесячный курс, связанный с пребыванием в Москве. Для молодой семьи это огромные деньги!
Наша встреча подходит к концу, и Христина Чернавина в свойственной ей тёплой и рассудительной манере подводит черту:
— Когда случилась эта беда, мне было всего 11 лет, и тогда все меня называли Кристина. А ведь папа дал мне имя Христина, а я его стеснялась. Теперь я уже сама поправляю тех, кто произносит моё имя со звуком «к». Я уже более одиннадцати лет вижу вокруг себя только темноту. Но верю, что моё имя Христина, означающее «девушка, посвящающая себя Христу», — поможет увидеть мне и другие оттенки этого мира.
Я взяла листок с её новым стихотворением и изумилась: его первая строчка совпадает с заголовком моего текста, которое я вывела прежде чем написать всё остальное…
Хочу я посмотреть на сына,
Увидеть ясные глаза.
Жаль, это невозможно…
Вновь по щеке бежит слеза.
Слеза слепой и злой обиды,
Слеза слепой и злой судьбы.
Лицо я к небу поднимаю:
За что ты так со мной, скажи!
Неужто в этом странном мире
Я больше всех, господь, грешу?
Прошу, позволь увидеть сына,
Я им живу, я им дышу…
Но небеса мне не ответят,
И вновь немая тишина.
Никто мою мольбу не слышит,
И я по-прежнему слепа…

Ольга СИМОНОВА
Фото Кирилла ЧЕРНЫШОВА

comments powered by HyperComments