Второе дыхание


Пережив трагедию, мы подарили счастье двоим малышам

— Мам, кто вам помогал раньше?
— Рома, твой братик, — указывая на фотографию, отвечает мама Татьяна Николаевна.
Переживая трагическую смерть сына и последующую страшную депрессию, родители как будто чувствовали, что где-то есть двое мальчишек, которые нуждаются в их защите и любви. Только это и спасло…
Рома умер два года назад, когда ему было 20 лет. «Остановка сердца, сердечная недостаточность», — сказали медики. Он был единственным сыном. Так в один момент жизнь перевернулась с ног на голову, и, казалось, утратила всякий смысл. Если бы не надежда вновь стать семьей, неизвестно, чем бы закончилась эта история…

Мы не выбирали детей.
Это судьба…

С Данилом Татьяна Николаевна и Андрей Вячеславович Толмачевы познакомились в прошлом году в Нижнетагильском детском доме. Они хотели взять под опеку одного мальчика. К этому времени супруги уже прошли школу приемных родителей и получили даже специальные сертификаты. Воспитательница в детском доме на встречу привела только одного Даню, и этого оказалось достаточно. Маленький очаровательный мальчишка не смог оставить равнодушными своих будущих родителей. Они согласились взять его, даже несмотря на то что у него есть младший брат. А чтобы не разлучать кровных братьев, нужно было взять под опеку двоих.
Осенью прошлого года родители привезли Данила домой, в Алапаевск. На второй же день Даня назвал Андрея Вячеславовича своим папой. А вот Татьяну Николаевну неделю никак не называл, а потом на заправке сказал: «Мама, смотри, какая большая машинка!». С тех пор он называет её только мамой.
— Посмотрите, какие у Серёжи шикарные брови, черные ресницы, голубые глаза! Настоящий красавец! — показывает фотографии младшего сына Татьяна Николаевна. — Сейчас ему два года. В марте мы привезли его домой. Он ведь даже не понимает, что мы – приемная семья. Мы снова стали мамой и папой.

Все проблемы — разрешимы
Серёжка — очень активный малыш. Но в доме малютки, откуда его забрали, родителей предупредили, что у него – задержка речевого развития. Что, кстати, довольно частое явление у детей, оставшихся без попечения родителей. Но это не остановило Татьяну и Андрея, тем более, что он всё понимал, искренне выражал свои эмоции, только вот сказать – не мог. Но теперь, спустя всего четыре месяца, Серёжа говорит уже с десяток слов, много чего пытается повторить, не боится произносить новые для него звуки.
Даня ходит в детский сад. Татьяна Николаевна признается, что первое время он мог несколько агрессивно реагировать на их замечания или замечания воспитателей.
— Мы с этой дурной привычкой справились, и постепенно вся агрессия сошла на нет. Главное — стараемся больше говорить с ним, объяснять, вместе обсуждать какие-то ситуации, чтобы они больше не повторялись. И сейчас сами замечаем, что Даня стал мягче в общении, спокойнее и вежливее. Хотя, конечно, нельзя сказать, что у него идеальное поведение в садике, — улыбаясь говорит Татьяна Николаевна.
Как только Даня приехал домой, у него обнаружился хронический насморк и тонзиллит (заболевание органов дыхательных путей). Лечение было долгим, зато потом он вообще забыл, что значит болеть.
— В детском доме ведь вообще не лечат затянувшийся насморк. Они нам сказали, что обращать внимание на такие мелкие заболевания у них нет времени. Бывают болячки и посерьезнее, — рассказывает Татьяна Николаевна.
Психолог в детском доме сказал, что они не будут помнить о своей биологической матери. Даню забрали от горе-мамаши, когда ему было три года, а Сереже и года не было. Татьяне и Андрею пришлось самим подавать документы в Нижнетагильский суд, чтобы лишить эту женщину родительских прав в отношении сначала Дани, а потом и Серёжи. Ни на одном суде она не появилась. И Даня никогда ничего не спрашивал о своём прошлом. А оно было тяжелым. И если Серёжа не осознавал, в каких ужасных условиях они с братом находились до того, как их забрали в детский дом и дом малютки, то Даня всё-таки был взрослее и должен был что-то запомнить. Но Татьяна Николаевна признается, что они не будут препятствовать и скрывать правду. Для них главное – быть настоящими, любящими родителями, подарить своё тепло и заботу теперь уже своим родным мальчикам.

«Куда бы ни поехали – дети с нами!»

Внучка Лера и двое сыновей – Данил и Сергей

Но Даня с Серёжей – не единственная радость в жизни супругов Толмачевых. Есть ещё внучка Лерочка, которая в последнее время стала тоже жить с бабушкой и дедушкой, пока мама работает. Лере — 2,5 года, и Даню с Сережей она воспринимает как своих братьев. По словам Татьяны и Андрея, они быстро нашли общий язык, и теперь Даня ведет себя как настоящий старший брат – всех оберегает.
— Летом мы всей семьей — на огороде. Помощи от малышей, конечно, не много, — смеясь, рассказывает папа Андрей. — Они больше балуются и заливают весь огород из своих маленьких леек.
Но самое любимое развлечение в семье Толмачевых – это поездки, маленькие путешествия всей семьей, даже если это в пределах города.
— Куда бы мы ни отправились – дети всегда с нами, — рассказывает мама Татьяна. — Даже на работу могу их взять, вместе с папой, правда.
А работает мама Татьяна Николаевна парикмахером: стрижет на дому и раз в неделю выезжает в село Голубковское. Поэтому у детей всегда ухоженные и красивые волосы. А папа Андрей Вячеславович работает водителем такси и благодаря гибкому графику может больше времени проводить с семьей.
Даня спать не ляжет, пока мама с папой его не обнимут и не поцелуют. Он частенько признается, что очень любит своих маму и папу. А Сережа вообще с папы не слазит. Нежность и внимание в семье – обычные вещи.
— Когда сына первого воспитывали, были молодыми, и муж не всегда занимался ребенком. Сейчас же он помогает мне во всем, даже не спрашивая меня. Всегда сидит с ними, играет, — говорит Татьяна.
В мае они покрестили всех троих детей: двух сыновей и внучку. Малыши уже знают, что такое церковь, не один раз там были. Даня, как самый старший, уже научился сам креститься. А Серёжа у себя крестик целует и папе велит свой целовать.
— Я иногда представляю, как бы они без нас и мы без них были. И становится даже страшно, — говорит Татьяна Николаевна. — Перед тем, как взять детей, переживали, боялись возможных трудностей. Но когда мальчишки были уже с нами, все страхи как рукой сняло. Мы до последнего никому не говорили, что хотим взять под опеку малышей, даже родственникам. Боялись, что вдруг может не получиться. Теперь мы понимаем, напрасно боялись, все отнеслись с пониманием. А для нас как было, так и осталось главным – дать возможность нашим детям жить в любви, ласке, внимании и заботе.

Анастасия ФИРСОВА.
Фото автора